Н.С. Григорович (1947–2006),
Т.В. Серпинская

Эпоха многоликого историзма XIX века — это время, когда в искусстве на протяжении одного столетия, подобно феерическому карнавальному шествию, происходила смена самых разнообразных стилей, использующих художественные формы и приемы предыдущих эпох. Интерьеры императорских дворцов и частных особняков в помпеянском, неоготическом, ренессансном и мавританском вкусах, в духе рококо и классицизма Людовика XVI, в «русском» стиле создавали сложную картину, отражающую эстетику историзма.

Эффектные, пышные и многообразные формы этого стиля в истории царскосельской императорской резиденции связаны со временем царствования императора Николая I и, особенно, с эпохой Александра II. Для цесаревича Александра Николаевича, впоследствии императора, Большой Царскосельский дворец являлся одним из любимых мест летнего пребывания. Именно для него в стенах дворца были созданы интерьеры, ставшие яркими образцами искусства своей эпохи.

Масштабные работы по созданию новых интерьеров и переделке уже имеющихся залов в середине XIX века производились по проектам придворного архитектора И. А. Монигетти (1819–1878). Им были созданы три наиболее эффектных зала: Азиатская (Турецкая) комната в мавританском стиле, Парадная лестница в стиле «второго рококо» и Лионская гостиная в «стиле Людовика XVI».

Самый ранний из этих интерьеров по времени создания — Азиатская комната в Зубовском корпусе дворца. Она стала воплощением темы искусства Ближнего Востока в транскрипции эпохи историзма.

Турецкие и персидские влияния являлись составляющей частью шинуазри еще в XVIII — начале XIX века. В России конца XVIII столетия интерес к ближневосточному искусству был особенно велик, что объяснялось событиями военной истории страны. В это время помимо мемориальных колонн и обелисков — памятников в честь побед русского оружия, в Царском Селе появляются Турецкий киоск, Турецкий (Красный) каскад, Башня-руина. В качестве подарков дипломатических особ попадают сюда и изделия восточного искусства. Так в коллекции музея оказался уникальный ломберный стол, декорированный перламутром, — подарок турецких дипломатов императрице Екатерине II, поднесенный в 1780-х годах.

1830–1840-е годы в искусстве России — новый этап обращения к декоративному искусству и архитектуре Турции и арабских стран, продолжавшийся почти до конца XIX века. Ближневосточные изделия прикладного искусства становятся частью убранства многих интерьеров. На мужской половине дворцов и особняков создаются комнаты в восточном стиле, служившие кабинетами, гостиными или курительными.

В творчестве И. А. Монигетти в Царском Селе тема ближневосточного искусства началась со строительства в 1852 году на берегу Большого пруда павильона «Турецкая баня». Тогда же, в начале 1850-х годов, Монигетти создает Азиатскую комнату[1] — выдающееся явление среди интерьеров подобного рода в русской архитектуре. Почти все ее убранство было составлено из дипломатических даров персидского и бухарского властителей, подношений придворных и вещей, привезенных Николаем I и Александром II из восточных походов. Впечатляющим украшением интерьера стало оружие — 257 предметов, сгруппированных на стенах, покрытых коврами, в тринадцать симметричных композиций, называемых «трофеи». Богатое оружие, отделанное драгоценными металлами и камнями, представляло одну из интереснейших отраслей художественного ремесла Передней Азии. В интерьере Азиатской комнаты находилось также большое количество изделий русского производства, выполненных в стилистике искусства стран Ближнего Востока: разнообразные сосуды и комплекты кумганов для напитков, благовоний и масел, выполнявшие чисто декоративную функцию. Интерьер дополнялся ансамблем подвесных светильников, созданных по проекту художника И. Г. Майера[2].

Помимо вновь созданных интерьеров, И. А. Монигетти в годы царствования Александра IIпроводил значительные обновления и переделки парадных залов царскосельской резиденции. Однако первоначальный характер убранства в свою очередь диктовал стилистическое решение дополнений, внесенных в середине — второй половине XIX века. В залах парадной анфилады Ф. Б. Растрелли появлялись предметы мебели «второго рококо», восстанавливалась плафонная живопись, размещались золоченые горки с восточным фарфором; изменения в классических интерьерах Ч. Камерона и М. Ю. Фельтена выдерживались в духе неоклассики. Помещения обставлялись не только предметами, выполненными в русле модных тенденций того времени, но и копиями со старых образцов, способствовавших сохранению прежней стилистики интерьеров. Ряд вещей предыдущих эпох — мебель, изделия из фарфора и бронзы — подбирался среди предметов, находившихся в Зимнем дворце и других резиденциях.

Среди интерьеров Большого Царскосельского дворца, отделка которых была изменена в 1850–1860-е годы по проектам И. А. Монигетти, одно из первых мест по эффектности и пышности занимала Лионская гостиная. Первоначальное оформление, важными составляющими которого являлись лионский шелк и отделка цветным камнем, выполненная из лазурита, было создано в 1781–1783 годах по проекту Ч. Камерона. Лазуритовые панели украшали нижнюю часть стен, обрамляли окна, двери; из ляпис-лазури были исполнены карниз и фриз зала. В результате переделок середины XIX века интерьер, утратив часть элементов прежнего декора, приобрел свойственную эпохе историзма яркую, несколько тяжеловесную роскошь благодаря насыщенному желтому цвету лионского шелка, почти полностью закрывавшего стены, помпезным печам-каминам из белого мрамора с фигурами путти и вставками лазурита и эффектному гарнитуру мебели, выполненному из лазурита и золоченой бронзы. Во всем блеске своего великолепия Лионская гостиная запечатлена на акварели Л. Премацци 1878 года. До настоящего времени из убранства зала, отделка которого погибла в годы Второй мировой войны, сохранились только несколько живописных полотен, украшавших стены, и 25 предметов из лазуритового гарнитура: столы, каминные экраны, жардиньерки, осветительные приборы, вазы и т. п. Гарнитур из бадахшанского и прибайкальского лазурита и золоченой бронзы был выполнен в 1858–1861 годах на Петергофской гранильной фабрике. Безусловная ценность этого комплекса эффектных предметов заключается в том, что гарнитур был создан по проекту архитектора И. А. Монигетти специально для этого дворцового интерьера и до нас дошел почти полностью. Предметы гарнитура и иконография утраченного помещения дают представление об оформлении Лионской гостиной, а также о принципах художественного решения парадного зала в эпоху историзма.

Интерьеры Большого Царскосельского дворца, оформленные в XIX веке, демонстрируют различные стилевые направления. Декоративное убранство Азиатской (Турецкой) комнаты в духе ближневосточного искусства создавалось в русле общеевропейского увлечения в XVIII–XIX веках искусством Дальнего и Ближнего Востока. Причудливые, игривые формы «второго рококо» Парадной лестницы стали своеобразной вариацией на тему барочной отделки времен Елизаветы Петровны. Новое художественное решение Лионской гостиной, созданной для жены Александра II Марии Александровны, дало иное звучание классицистическому искусству эпохи императрицы Екатерины II. Созданием интерьеров в середине XIX века завершился процесс формирования облика Большого Царскосельского дворца, который в эпоху последующих царствований не претерпел никаких серьезных изменений. С конца XIX века придворная и художественная жизнь императорской резиденции сосредотачивается в Александровском дворце, избранном Николаем II местом своего пребывания.